«Манчини вернет «Зениту» статус большого клуба»

«Советский спорт» пообщался с Владимиром не только о шахматах, но и футболе, который он любит с детства.

- В Дортмунде был первый в вашей жизни супертурнир. Тут такие зубров, «а я маленький такой», как в известной песни Вилли Токарева. Не было подобных мыслей?
- У меня таких мыслей в принципе не бывает. Соперник не должен иметь надо мной превосходство только на основании того, что у него лучше результаты. Я отдаю себе отчет, что напротив сидит сильный шахматист, но у него тоже есть минусы. Страх – в принципе деструктивное чувство. И если ты садишься за доску и боишься партнера, то возникает вопрос: зачем вообще этим заниматься?

- В первом же туре вы подтвердили свою теорию - черными обыграли Крамника.
- Я хорошо подготовился к партии, поэтому у меня были все основания показать, на что способен. Я не побоялся пожертвовать пешку в варианте, который анализировал дома. Видимо, для Владимира это стало сюрпризом. Нас впервые свела судьба в турнире. Победа над Крамником – самое большое мое творческое достижение на данный момент. Шахматистов уровня Владимира я пока не побеждал.

- В марте вы говорили, что самый большой ваш успех – победа в «Аэрофлот опене». Второе место в Дортмунде перевешивает?
- Я в принципе второе место не считаю успехом, поэтому не стану делать исключение и в этот раз. Если ты хочешь стать знаменитым спортсменом, не должен удовлетворяться вторым местом. Я сыграл в хорошем турнире, показал неплохую игру, но есть масса моментов, где я собой не доволен.

- Но у вас был еще один яркий турнир в этом году – чемпионат Европы, где благодаря потрясающему финишному спурту вы попали в призеры.
- После шести туров я шел в серединке, и мои шансы пробиться в Кубок мира были призрачными. После этого я выиграл пять партий подряд, попал в тройку и завоевал путевку на Кубок мира.

- Гроссмейстер Сергей Шипов сказал: «Володе пора делать прорыв в ближайшие два года, потом будет поздно».
- Прорыв уже сделан – из игрока первой сотни я превратился в игрока из топ-30. Теперь надо закрепиться на этой позиции и двигаться дальше – к большим достижениям. Как, например, выигрыш чемпионата России, удачное выступление на Кубке мира или победа в супертурнире.

- Но молодых российских шахматистов не очень охотно приглашают в супертурниры. Как стать их постоянным участником?
- Если б я победил в Дортмунде, меня пригласили на следующий год. Но есть и другой путь: побеждать на регулярной основе в турнирах, в которых участвуешь. Это позволит повысить рейтинг, и на тебя обратят внимание организаторы супертурниров. Именно такой путь в элиту проделал Уэсли Со.

- Пробиться в турнир претендентов можно либо через Гран-при ФИДЕ, либо дойти до финала Кубка мира, либо иметь второй рейтинг в мире. Очень сложно?
- Нужно исходить из реалий. Сейчас у меня есть возможность сыграть в Кубке мира, которой у меня могло бы и не быть, если б не тот удачный отрезок из пяти побед на чемпионате Европы. Тогда мы с вами не могли бы вести разговоры даже теоретически по поводу борьбы за шахматную корону.

Чтобы попасть в турнир претендентов, надо на Кубке мира минимум выйти в полуфинал. Для этого надо обыграть в матчах пять очень сильных соперников. Задача серьезная, но вполне выполнимая.

- Пофантазируем. Вы пробились в турнир претендентов, у вас семеро соперников – лучших из лучших гроссмейстеров мира. Я бы даже сказал – семь монстров. На матч за корону выходит только победитель. Как играть под таким давлением, когда на кону такие ставки?
- Пока я не играл в таком турнире и мне трудно говорить о давлении. Но если сыграю в турнире претендентов неудачно, всегда можно сделать какие-то выводы, что-то исправить. Для Сергея Карякина тоже первый турнир претендентов сложился не слишком удачно. Но затем Сергей доказал, что умеет сильно играть именно в самых важных соревнованиях. А что касается монстров, то в Кубке мира их будет предостаточно. Даже Карслен там решил сыграть.

- Карслен в сознании обывателя – великий и ужасный. А на взгляд шахматного профи?
- Ян Непомнящий сказал, что Карлсен первый среди равных. Не соглашусь. Я не встречался с Карлсеном за доской, пока мне на личном опыте трудно оценить его игру. Но Магнус выигрывает подавляющее большинство сильных турниров, и него запредельный уровень игры в рапиде и блице.

Возможно, сейчас у Магнуса не лучший период, но, думаю, он лучший шахматист мира.

- Характеристика от Шипова: «Володя играет в агрессивной манере. Когда он в хорошей форме, это страшная сила. Это молодой Майкл Тайсон, у которого очень сильный удар». Все так?
- Сравнение с Тайсоном возможно. Если взять шахматистов из топ-30, то, я, наверное, самый выигрывающий. У меня один из самых высоких процентов побед за всю карьеру – 52. Из них – 58 процентов побед белыми и 48 – черными. Получается, что даже черными я выигрываю каждую вторую партию. При этом надо учесть, что процент ничьих на высоком уровне очень высок. Я очень часто становился самым выигрывающим шахматистом турнира, начиная с детских. Если провести ассоциации с боксом, то можно сказать что я нокаутёр, так что, в какой-то мере меня можно назвать шахматным Майком Тайсоном.

- По итогам чемпионата Европы вас срочно включили в сборную России для участия в чемпионате мира. Приятный сюрприз?
- Было приятно, что тренерский штаб во главе с Андреем Васильевичем Филатовым (президент РШФ и главный тренер сборной России. – Прим. ред.) обратил на меня внимание. Тот отрезок из пяти выигранных партий на чемпионате Европы, возможно, сильно изменил мою жизнь в шахматах. Но об этом я могу твердо сказать, лишь спустя какое-то время.

- Знаю, что вы футбольный болельщик и поклонник «Зенита»…
- Мой отец страстный болельщик. У нас дома всегда был включен телевизор, когда шел футбол. Мне очень нравился «Зенит», когда за него играли Аршавин и Кержаков. Это была фантастическая команда.

- На «Петровский» часто выбираетесь?
- У меня очень плотный график, по шесть-восемь часов в день занимают тренировки, много турниров, поэтому больше смотрю футбол по телевизору. А вот папа постоянно ходит на стадион.

- Шарф зенитовский носите, как Боярский?
- Я много времени провожу в Москве, носить здесь зенитовский шарф было бы слишком экстремально. Нет, шарф не ношу.

- Почему у Луческу не получилось?
- Ушли лидеры – Халк, Витсель, Гарай. Нужно было перестраивать команду, видимо, ему это не удалось. «Зенит» занял третье место, набрав 61 очко. С таким результатом команды побеждали в чемпионате. Поэтому не могу сказать, что «Зенит» при Луческу провалился

- Что скажете о Манчини?
- Когда в «Зенит» приходит большой европейский тренер, всегда хочется надеяться, что он останется здесь надолго, его полюбят болельщики. А также будет проведена большая селекционная работа, а не просто потрачены клубные деньги на покупку дорогостоящих игроков. Надеюсь, что Манчини вернет «Зениту» статус большого клуба.